свобода - самоуправление!
Учредитель и издатель ДП "НАБАТ"
Серия и № регистрационного свидетельства
КВ № 3404 от 13.06.2000г.
подписной индекс: 21585
всеукраинская   либертарная  газета (сетевая версия)
 

 
на главную
от редактора
 
САУ в действии
Документы САУ
Вступай в САУ
 
Публикации 
№ 15 сентябрь 2009 г 
№ 13, март 2005 г. 
№12, март 2004 г. 
№11, декабрь 2003 г. 
№10, октябрь 2003 г. 
№9, август 2003 г. 
№8, январь 2003 г. 
№7, сентябрь 2002 г. 
№6, август 2002 г. 
№5, июнь 2002 г. 
№4, май 2002 г. 
№3, декабрь 2001 г. 
№2, март 2001 г. 
№1, сентябрь 2000 г. 
 
форум
контакты
 
сайт В. Черного
 


Вернуться к содержанию

ГОСУДАРСТВО – ЭТО Я

За декорациями красочных политических баталий последнего года от парламентской революции и фарса референдума до «кассетного скандала» и отставки Тимошенко мы стали забывать о главной смертельной болезни украинского общества: прогрессирующем росте бюрократии. Возбудителем этой заразы были сами предпосылки украинской государственности: новый режим, как и его предшественник, возник на основе чиновничьего сословия. Мало того, в начале Независимости это были одни и те же люди, а, следовательно, сохранена традиция.
За годы Независимости институты прежнего строя почти не изменились. Это объясняется принципом корпоративности: вышестоящие бюрократы не могут сократить нижестоящих, не создав опасного прецедента. Тем более, что именно чиновники среднего уровня готовят принимаемые вышестоящими решения. Последние зачастую мало смыслят в руководимой ими отрасли, (обычно прыгая между отраслями в своей карьере) или откровенно тупы. Кстати, тупость чиновников высокого уровня неправильно связывать исключительно с традиционным пьянством. Важную роль играет фактор, который мы склонны называть «обратной селекцией»: чем менее квалифицирован чиновник, тем больше у него шансов продвинуться в своей карьере. Действительно, продвижение сильно зависит от начальства. Руководящий же чиновник не хочет иметь возле себя более квалифицированного сотрудника, чем он сам. Если тот и не будет метить на его место, то уж точно будет невыгодно оттенять шефа. Поэтому верхние уровни бюрократической пирамиды подвержены хроническому оглуплению. Видимо, по этому же принципу нивелируются и остатки морали чиновничьей касты.
Вопреки правительственным заявлениям, регулирование социума не только не уменьшилось, «рыночные» реформы требовали возникновения новых бюрократических структур. При сохранении советской номенклатурной традиции, появился частный капитал и, следовательно, возможность бюрократа его контролировать. Жадность новых начальников к деньгам и, как к средству их получения, карьерному росту обусловила необходимость необычно быстрого их продвижения. Но рост начальника в новой структуре возможен, в основном, за счет роста числа иерархических уровней и увеличения числа подчиненных. Поэтому численность бюрократии резко возросла.
Такой ускоренный рост – обычное свойство молодых структур. Новые чиновники хотят получить все и сразу. Активное формирование новых бюрократических структур порождает турбулентность и создает неуверенность. Соответственно неопределенности будущего растут и текущие запросы бюрократов. Появляется совершенно новый процесс: осознанное формирование чиновниками структур «под себя» – например, для придуманного конкретным бюрократом вида лицензирования.
Кроме того, история показывает, что в большинстве революционеров живет стремление к оседлой, обеспеченной жизни. Чиновничья карьера для такой цели отлично подходит. И большинство фигурантов обретения Независимости, от «суверен-коммунистов» до участников студенческих голодовок считают, что ими завоёвано право занятия государственных должностей. И это вовсе не наше изобретение, а мировая тенденция. Радикальный эколог Й. Фишер стал министром иностранных дел ФРГ, а советский диссидент Н. Щеранский – шефом МВД Израиля. Поэтому ломка общественного строя обычно сопровождается ростом бюрократии. У нас же принципиально важна и преемственность бюрократии. Например, в Украине среднее звено аппарата в значительной степени укомплектовано сотрудниками с 20-40-летним стажем, то есть, советской бюрократической ментальности. Новые сотрудники приходят иногда со свежими идеями, но почти всегда – без аппаратного опыта. Понятно, что они перенимают опыт старших товарищей. Не всегда буквально, а с учетом современной реальности. Но изменения, диктуемые временем, касаются лишь способов аппаратной деятельности. Основные черты бюрократии: корпоративность, стремление к росту, изоляции от контроля, усилению власти, презрение к общественным интересам – не меняются со временем. И новые бюрократы их активно усваивают. Но они более жадны. Они считают себя выше старых бюрократов. Они хотят получить максимум благ – и сейчас.
Бюрократы согласны даже на минимальную зарплату. Неявные преимущества, - гарантированность трудоустройства, ощущение власти, возможность получения взяток, – компенсируют невысокие оклады. Коррупция же разлагает общественное устройство, уничтожая доверие к государственному механизму и вызывая реальное противопоставление государства обществу. Коррупция вносит сильнейшие искажения в экономику. Производить добавочную стоимость становится невыгодно. Действительно, бюрократы «сидят на кране», регулируя огромные денежные потоки, изъятые полицейским государством. Значительно выгоднее подкупить бюрократа, перенаправив уже сформированный государством денежный поток в своем направлении, чем создавать этот поток собственными усилиями. В силу более высокой рентабельности, бюрократия становится более выгодной, чем предпринимательство. Соответственно, и более престижной. Происходит отток активных граждан из экономики в аппарат. Их высокие ожидания ведут к необходимости увеличения доходов бюрократов – к концентрации власти, увеличению аппарата, усилению регулирования.
Можно ли остановить рост бюрократии? Полагаем, что нет. На протяжении истории государств наблюдался устойчивый рост аппарата. Даже попытки революционным путем уменьшить его размер уже в среднесрочной перспективе ведут к восстановлению и ускорению роста. Поскольку рост является свойством бюрократии, то ограничение его входит в конфликт с ее интересами – то есть, интересами как раз тех, кто готовит и исполняет законодательство. В частности, административную реформу. Таким образом, эволюционное уменьшение аппарата невозможно. А затраты на обслуживание аппарата ростут быстрее, чем ВВП. В периоды технологических революций ВВП растет быстрее, но средний рост за 200-300 лет, как правило, не превышает 2%. Консолидированный налог же вырос от 10% в древности до 30% в 19-м веке до 40-70% в 20-м. Важно, что эти суммы почти полностью (за вычетом минимально полезного эффекта государства) идут на содержание аппарата – не только на зарплату, но и на финансирование придумываемых им программ. В обозримом будущем расходы на обслуживание аппарата составят уже чересчур большую долю ВВП. Тогда экономика не сможет больше содержать бюрократическую пирамиду. Она рухнет и погребёт под собой Украину, так как, к тому времени, бюрократия вновь монополизирует все сферы общества.
Но бюрократия пытается оттянуть свой неизбежный крах. Отсюда усиление полицейской деятельности государства с целью изъятия из экономики достаточных средств для содержания пирамиды. И уже недолго ждать момента, когда финансирование пирамиды станет завесить исключительно от репрессий. Бюрократии, существующая благодаря полиции, уделяет ей первоочередное внимание. Но появляется и опасность естественной узурпации власти силовыми структурами – зачем им делиться выбиваемыми доходами с бюрократией? В любом случае, ситуация разовьётся до того предела, когда граждане уже не смогут мириться с необходимостью финансирования растущих бюрократических или полицейских структур. Может, этот предел уже настал?!
Ввиду такой перспективы, единственный способ сокращения аппарата – изъятие его функций. С нашей точки зрения, админреформа может победить лишь в одном случае, - если её целью станет поэтапная передача функций бюрократии структурам самоорганизации населения. Лишь при таком условии выводимые из-под административного регулирования сферы украинского социума (или жизни отдельных территориальных общин) не будут брошены на произвол судьбы, а бюрократические структуры лишатся почвы для регенерации. Увы, по причине сопротивления бюрократии, такая реформа остаётся несбыточной мечтой. Чиновники ссылаются на отсутствие профессиональности у структур самоорганизации и опасность наступления анархии.
И никто не вспоминает, что куда страшнее гипотетического кошмара анархии (в советском понимании этого слова), внешне пристойное, но смертельное для общества порождение госаппарата – анархо-бюрократизм. Порочная система, при которой чиновники прикрываются интересами государства, используют для достижения своих целей репрессивный аппарат государства, но реально не пополняют государственную казну, а работают исключительно на собственный карман, практически легализована в Украине. И любой из «функционеров Независимости» может вслед за Людовиком XIV с гордостью сказать: «государство – это я». Или за Людовиком XV, - «после нас – хоть потоп»!

Александр ЖАКОТ


Вернуться к содержанию


 
 "Набат" 2000-2002. Designed: © Digital-Mix